Наследие

Николай Юрьевич Жевалёв

Немного о себе (или как попасть в клуб авторской песни).

«… и в надгробной речи он скажет немного о себе…» М. Жванецкий

Не знаю, как для кого, а для меня 17 декабря (четверг) 1959 года самый замечательный день в моей жизни, хотя бы потому, что я появился на свет (в 20 ч. 45 мин. – для любителей астрологии). Шел сильный снег. Наверное, именно поэтому, сие погодное явление стало темой одной из лучших моих песен в последствии. История семьи, в которой мне довелось родиться, во многом совпадает с историей страны «…что само по себе и не ново…». Дед по отцу – личный водитель директора завода «Комбайн», был арестован в 1937 году и расстрелян вслед за своим начальником, потому что возил «врага народа». Тогда такие вещи были в тренде, говоря современным языком. Бабушка по отцу осталась с шестью детьми, которых жизнь разбросала по родственникам. А сами они были из тамбовских, рабоче-крестьянских (а как звучало в «лихих» 90-х прошлого века «из тамбовских»?!). Дед по матери – дьякон, погиб в звании капитана под Сталинградом. А вот бабушка по матери, окончившая до революции 1917 года семь классов гимназии, поигрывала на семиструнной гитарке и, судя по довоенным фотографиям, была весьма хороша собой. Так что салонные романсы девятнадцатого века – предтечу авторской песни – я впитал с молоком моей бабушки. Учитывая своё буржуазное происхождение и, кое-что вышесказанное, «краснозадых» она не любила и бегло читала по-старославянски. Её сын – мой дядя, был заядлым коллекционером патефонных и грампластинок, и на семейных торжествах всегда звучала музыка, от романса до зарубежной эстрады, которую он где то доставал (болгары, югославы и т.д. – конечно соц. лагерь). С классикой проблем не было – от Баха до Шостаковича.

Моя мама перед войной поступила в музыкальную школу (ей сулили будущее!). Но война распорядилась иначе… Вместе с учениками муз. школы они дали массу концертов в госпиталях (в промежутках между работой на фабрике по производству бинтов для фронта). А в послевоенную разруху пришлось сменить клавиши на бухгалтерские счёты. Рабоче-крестьянское … не помешало моему отцу получить три высших образования и защитить 1,5 кандидатских (на половину по Пушкину, как историку и на полную по экономике). Кроме того, отец знал наизусть стихи многих и разных поэтов и мог вместо тоста ввернуть что ни будь от Пушкина до серебряного века. Брат мой, не имея никакого муз. образования, как то выучил полонез Огинского (поигрывал на досуге). И весь этот мой ближний круг обладал недурственным музыкальным слухом и вкусом. ПЕЛИ ВСЕ и иногда на 2-3 голоса. Так воспитывалась моя музыкальная культура.
Не мудрено, что в три года я требовал перед сном завести первую часть Лунной сонаты Бетховена или первый концерт Чайковского, а в пять, пройдя годичный курс домашней подготовки у студента консерватории, поступил в музыкальную школу при муз. училище, что рядом с консерваторией. Мама хотела воплотить во мне свои не сбывшиеся пианистические мечты (думаю, что 40 лет в авторской песне меня частично оправдывает). Так что к первому классу общеобразовательной было окончено три класса фортепьянной школы (со всеми «сольфеджиями», хорами и прочими прелестями). Ноты я научился читать раньше букваря (да их всего 7, а не 33). Интересно, что в «обычную» взяли с 8 лет (я декабрьский), а в музыкальной не побрезговали с 4 лет и 8 месяцев – прошел отбор. Чудны дела твои, Господи! Школа № 80 (рядом с музеем Чернышевского). Французский с первого класса. По выходным – музыкалка (и там тоже домашние задания), где уже не «Чижик-Пыжик», а кое что по серьёзней. Никакой личной жизни в 8 лет. «Караул устал!». Так и живу с тремя классами на ф-но.
Единственной отдушиной в «школьном Гулаге» для меня был хор. А в нём и квартеты, и трио, и дуэты и солировать доводилось. Репертуар, конечно, не романсы, а в соответствии с линией партии. Но, тем не менее, песню С. Никитина про весну пели. Дай бог здоровья учительнице по пению, если жива ещё (если память не изменяет – Соколова… а имя, неблагодарный, подзабыл). Кстати, красивейшая была женщина. В неё была влюблена вся подрастающая мужская поросль, до переориентации на сверстниц. Когда мне исполнилось 10 лет, свершилось чудо. Брату на двадцатилетие подарили катушечный магнитофон «Астра-4». Он отнёсся к этому чуду спокойно, а для меня началось создание собственной фонотеки, которое продолжается по сегодняшний день (уже 49 лет!). А привил-то, невольно, любовь к коллекционированию музыки родной дядя. Классе в восьмом вымолили у директора создание школьного ВИА. Нам купили бас гитару и тарелки для ударника («…нет арфы – играйте на бубне…»). «Ретипитировали» на пионерских барабанах, которые рвались как салфеточные, а выступали на инструментах приглашенных групп. Ваш покорный… освоил ударные. «Шизгару давай!» – лозунг всех вечеров молодости. Помню точно, что запрещёнными к исполнению были Beatles , Uriah Heep, Deep Purplе и ещё много чего.

Так случилось, что годам к 15-ти появились в доме пластинки Бичевской, Окуджавы (брат надыбал), а дядя надыбал Вертинского. Тогда-то и пришло у меня желание приобщиться… В ход пошла бабушкина семиструнка, струны на которой отстояли от ладов на сантиметр. Бабуля к тому времени инструмент забросила. Пришлось осваивать самому. И аккорды на слух, и технику. Потихоньку что-то стал уметь. И, оттрубив от звонка до звонка «школьные годы чудесные», получил ксиву зрелости. Кстати, учили в школе неплохо, особенно по русскому, литературе, физике и математике –этим учителям отдельный респект. А французский стал почти родным (ещё бы, по 10 уроков в неделю в 10-ом классе). Оказавшись на свободе, по истине с чистой совестью, поступил в политехнический. И в это же время в Саратове гастролировал оркестр Олега Лундстрема, на который и сводил меня мой незабвенный батюшка. Он слышал, что я не ровно дышал к Армстронгу и Фитцджеральд, по моим фонотечным записям. Не последний джазовый оркестр на то время. В политехе – самодеятельность, конкурсы, концерты, агитбригады. А у меня Бичевская, Окуджава, романсики, правда ещё Виктор Хара – чилийский певец (как раз в Чили хунта к власти пришла). «Нендравился» завклубом мой репертуарчик, да в таком жанре мало кто выступал и со студенческих тусовок я всякие наградки политеху приносил. К тому времени у меня уже были свои песни, некоторые пел со сцены. И вот, наконец, в 1980 году я прихожу в КСП «Дорога». ( Если бы не мои родственники, от которых я впитал с молоком… и о которых, по этому, так подробно…). Моя одногрупница, Люда Исаева, посоветовала.
Начался самый прекрасный период моей жизни. Какие люди, какие встречи, какие отношения, а какие песни!!! Всех имён перечислить невозможно, а кого то упустить – обидно. К моменту моего появления в клубе, его создателя, Владимира Ланцберга, уже «уехали» из Саратова, по настойчивой «просьбе» не дремлющих органов. С ним мы впервые встретились года через два, на одном из фестивалей. Но в клубе было море интереснейших людей, о которых можно написать отдельные мемуары. О каждом. Клубный день был четверг (смотри начало повествования), но встречались мы гораздо чаще. Клубной “Меккой” был ДК «Техстекло». Какие мы проводили фестивали! Какие Имена приезжали к нам с концертами! А за место под солнцем мы расплачивались своими выездными выступлениями на самых разных площадках. Общежития, ДК, семинары всех мастей и уровней и т.д., и т.п. В середине восьмидесятых мы давали по 40 концертов в сезон! И, конечно, сами побывали на куче фестивалей. Ваш покорный … примерно на 30-ти (от Чимгана до Свердловска, пардон, Екатеринбурга). Про клубную жизнь можно писать и писать (ударение на «а»). А сколько «приятных» моментов общения со стукачами и истинными кгбэшниками!.. Это ж отдельная глава… А за сим утихаю, т.к. просили коротко, а вышло вон чё. (Все извращения русского языка умышленны для предания остроты прозаическому блюду.)
Не знал, что буду последним президентом клуба (примерно до 1989 г.). В то время это была организаторская должность больше чем творческая. А пишу всё это по просьбе нового клуба «Причал-64». Молодцы, мужики! Поднимают хорошее дело. Иногда зовут спеть. Спасибо!!!

Р.S. Если бы стал подробней освещать клубные времена!.. не хватило бы электронной бумаги. Коей и пользуюсь. Берегите лес – мать вашу! Из него ещё гитары делают.

Иногда Ваш, Николай Жевалёв 17.12.2018 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.